Хотя опросы общественного мнения в Израиле последних двух лет неизменно показывали, что оппозиция значительно опережает правящую коалицию, первым вовсе не гарантировано абсолютное большинство на выборах. Общая тенденция: около 59 голосов у оппозиционных партий, примерно 51 — у правительственных и примерно 10 — у арабских.
При таком соотношении у правящей коалиции есть только одна реальная надежда: добиться того, чтобы ни одна из арабских партий не присоединилась к оппозиции. Это гарантирует, что правительство по итогам октябрьских выборов не будет сформировано. Тогда новые выборы пришлось бы назначать через три месяца (то есть через пять месяцев после предыдущих, которые состоятся 27 октября, потому что переговоры о создании коалиции занимают около двух месяцев). В этом случае премьер-министр Нетаньяху останется у власти на неопределенный срок.
Поэтому неудивительно, что основной лозунг предвыборной кампании «Ликуда» таков: «[Айзенкот/Беннетт/и т.д.] приведут арабов в правительство». Учитывая, что 70% израильских евреев выступают против арабской партии в правительстве, такое обвинение имеет резонанс. Но оно лицемерно и, скорее всего, не указывает на то, что произойдет в действительности.
Лицемерие проявляется в двух аспектах. В ходе предыдущих послевыборных переговоров «Ликуд» вел активный диалог с партией РААМ Мансура Аббаса о том, может ли она войти в состав правительства и если да, то на каких условиях. То есть тогда РААМ была легитимной партией, а после этих выборов — она таковой не будет?
Тем более что после событий 7 октября 2023 года Мансур Аббас не сказал ни слова в поддержку действий ХАМАСа. Напротив, в интервью в ноябре того же года он безоговорочно осудил нападение, назвав его «противоречащим всему, во что мы верим, нашей религии, нашему исламу, нашей национальной идентичности, нашему гуманизму».
Более того, Аббас уже занимал должность в предыдудущем правительстве Беннета и Лапида. В его деятельности не было ничего, что говорило бы о его принадлежности к «пятой колонне». Это отражение того, что происходит в обществе в целом: почти во всех сферах жизни израильтян обслуживают арабы: в аптеках (около 50% всех израильских фармацевтов — арабы!), в сфере здравоохранения (лаборанты и медсёстры), в качестве водителей автобусов и т. д. При этом в экономике между евреями и арабами нет никаких противоречий. Очень немногие (если такие вообще есть) сторонники правительства могут сказать, что сталкивались с какими-либо проблемами, когда их обслуживали израильские арабы. В реальной жизни всё в порядке, но в политике — нет?
Возможно, ещё более лицемерным в действиях «Ликуда» является то, что Нетаньяху готов сидеть за одним столом с харедим. Если критерием для работы в правительстве Израиля является «сионизм», то возникает вопрос: кто же тогда в большей или меньшей степени сионист — РААМ или харедимные партии? Нельзя утверждать, что сионистами могут быть только евреи, потому что на протяжении многих лет множество нееврейских и христианских организаций оказывали Израилю моральную и финансовую поддержку, а некоторые даже переехали сюда на постоянное место жительства. Рациональное определение «сионизма» в самом общем смысле — это признание права еврейского народа на самоопределение через национальный суверенитет. РААМ сделала именно это: харедим, отказывающиеся служить в армии (некоторые радикальные секты даже не признают легитимность еврейского государства), не могут считаться «сионистами» — они по собственному самоопределению таковыми не являются.
Большинство израильских арабов не служат в Армии обороны Израиля, потому что государство предпочитает не заставлять их воевать со своими «соплеменниками» в израильских войнах. Однако любой араб может добровольно пойти в армию, и многие так и делают (некоторые мусульмане, но особенно друзы и многие бедуины). Аббас уже заявил, что поддерживает идею гражданской службы для всех арабов, в отличие от харедим, которые не готовы и на это. Действительно, Аббас недавно объявил, что работает над планом по введению «всеобщей государственной службы», которая не будет находиться в ведении Министерства обороны». Так почему же Нетаниягу готов сотрудничать с харедим, которые не являются ни сионистами, ни антисионистами, но при этом «накладывает вето» на участие оппозиции в правительстве с арабами?
Что же может произойти, учитывая, что большинство нынешних оппозиционных партий заявили, что не будут включать РААМ в состав правительства? Ответ кроется в их формулировках: обратите внимание, что они используют термин «правительство», а не «коалиция». В чем разница?
В Израиле быть в «правительстве» означает занимать министерские посты и входить в состав кабинета министров. Быть частью «коалиции» означает голосовать вместе с правительством в обмен на посты председателей комитетов Кнессета (принимающих решения по вопросам политики), получать государственные средства на реализацию конкретных приоритетных программ и участвовать в определении общего политического курса нового правительства, но при этом не нести никакой ответственности на министерском уровне.
Таким образом, если предположить, что нынешние оппозиционные партии получат на предстоящих выборах 59 или 60 мест, то вполне возможен следующий сценарий: 1) партия РААМ присоединяется к коалиции и голосует вместе с новым правительством по основным вопросам; 2) в обмен на это она получает пост председателя финансового комитета Кнессета, а также комитета национальной безопасности (в ведении которого, помимо прочего, находится полиция — это делается для борьбы с организованной преступностью в арабском секторе); 3) министром национальной безопасности становится Яир Голан (глава левой партии «Демократы» и бывший заместитель начальника Генерального штаба Армии обороны Израиля), который с большим пониманием относится к нуждам арабского населения; 4) правительство выделяет значительные бюджетные средства на развитие арабского сектора, чтобы улучшить ситуацию в сфере образования и социального обеспечения.
Короче говоря, не обязательно быть членом «правительства», чтобы оказывать существенное влияние на государственную политику. «Простое» членство в правящей коалиции служит двум целям. Во-первых, нынешние оппозиционные партии выполняют своё обещание не включать арабские партии в состав «правительства», тем самым сводя на нет единственный реальный шанс «Ликуда» остаться у власти. Во-вторых, арабский сектор наконец-то получает возможность влиять на формирование политики и сопутствующие ресурсы, чтобы начать решать многочисленные проблемы, с которыми он сталкивается во многом из-за того, что предыдущие правительства Израиля придерживались политики невмешательства в отношении 20% населения страны. Учитывая, что несионистские ультраортодоксальные евреи потеряют все государственные пособия при следующем правительстве, если продолжат уклоняться от военной службы, у них появятся финансовые возможности для помощи арабскому сектору.
Кто знает? Возможно, именно это, а не что-то другое, в конечном счёте подтолкнёт израильских арабов и ультраортодоксальных евреев к сближению с мейнстримным сионизмом!
Times of Israel, перевод Ларисы Узвалк
