На протяжении десятилетий планета Земля подвергается стремительному процессу опустынивания. Хотя пустыни всегда существовали вследствие климатических или геологических факторов, с XX века они всё чаще возникают по вине человека. Опустынивание вызвано такими факторами, как деградация почв и последующая эрозия, чрезмерный выпас скота, вырубка тропических лесов и отток обедневшего населения — как на север, например в Европу, так и в мегаполисы внутри собственных стран, которые возникают рядом с заброшенными землями.
Согласно статистическим данным, собранным Организацией Объединенных Наций, в пустынных регионах уже проживает миллиард человек — многие из них находятся в бывших сельскохозяйственных районах, опустошенных опустыниванием, а около трети мировых сельскохозяйственных угодий деградировали в результате эрозии почвы. Продовольственная и сельскохозяйственная организация ООН утверждает, что к 2050 году эта цифра может превысить 80%.
Чтобы понять, до каких пределов может дойти опустынивание, достаточно взглянуть на Европу. В Испании, например, как отмечала лондонская газета «Гардиан» ещё в 2005 году, «треть территории страны находится под угрозой превращения в пустыню. … Если дела будут идти так же, нам больше не придётся ездить в Африку, чтобы насладиться тишиной и покоем пустыни — мы сможем просто отправиться на Канарские острова или в Валенсию».
На этом фоне возрождение пустынных регионов приобретает всё большее значение. Одной из стран, добившихся наибольших успехов в освоении пустынных территорий, является Израиль. Эта небольшая страна в основном состоит из пустынь, поэтому её жителям пришлось адаптироваться к этому ландшафту, чтобы выжить. Экономический бум Израиля, его впечатляющий демографический рост и по-прежнему повышающийся уровень жизни доказывают, что пустынные регионы можно за относительно короткий срок превратить в комфортные для проживания людей места.
Я живу в пустыне Негев на юге Израиля уже почти 30 лет и стал свидетелем почти невероятного возрождения некогда заброшенных территорий. Давид Бен-Гурион, отец-основатель Израиля и первый премьер-министр, считал заселение пустыни Негев лакмусовой бумажкой для будущего Израиля. Он сам переехал из комфортного Тель-Авива в пустынный кибуц Сде-Бокер, где инициировал создание пустынного научно-исследовательского кампуса Беэр-Шевского университета.
Древний пустынный город Беэр-Шева, упоминаемый в начале Торы, на протяжении веков был сонным караван-сараем под властью османских мусульман. За несколько десятилетий он превратился в современный довольно крупный город и всемирно известный центр высоких технологий. За время, что я здесь живу, население города увеличилось более чем вдвое.
Поскольку население Израиля быстро растёт (за 30 лет с момента моего приезда оно увеличилось с пяти до десяти миллионов человек), правительство и Еврейский национальный фонд планируют к 2040 году заселить пустыню Негев ещё одним миллионом человек, создав при этом рабочие места и экологически устойчивые населённые пункты.
Это звучит как сказка, но могу вас заверить: здесь, в самом сердце того места, которое Марк Твен (в своей знаменитой книге «Простаки за границей») назвал «безнадёжным», я живу в окружении зелени и собираю в своем саду полные корзины лимонов, гранатов и инжира. Мои дети нашли здесь хорошо оплачиваемую работу в университетах и высокотехнологичных компаниях, а мои внуки получают самое лучшее образование. Наше качество жизни высокое даже по западным меркам.
Чтобы избежать появления гигантских городов, бесконтрольного разрастания бетонных массивов и трущоб, основное внимание уделяется развитию самодостаточных небольших городков с отдельно стоящими домами. Уже сейчас, привлеченные возведением железной дороги и новой автомагистрали, десятки тысяч семей из центра Израиля строят новые дома в этой зеленой местности.
Использование пустыни в качестве места жительства и сельскохозяйственных угодий вызывает интерес у исследователей пустынь в развитых арабских государствах, таких как ОАЭ, Саудовская Аравия, Кувейт. Богатый нефтью мегаполис Абу-Даби на берегу Персидского залива планирует постепенно избавиться от зависимости от нефти с помощью ферм по выращиванию водорослей и других сельскохозяйственных культур, начиная с пустынного города Масдар, полностью работающего на возобновляемых источниках энергии — модели будущего после эпохи нефти.
Более крупные страны могут извлечь выгоду из таких пилотных проектов. В Египте подавляющее большинство населения скучено в нескольких гигантских городских агломерациях (только в Каире с пригородами проживает около 20 миллионов человек), в то время как около 90% территории страны остаётся в заброшенном состоянии.
Саудовская Аравия в рамках проекта «Неом» пытается создать ряд крупных поселений посреди пустыни, в том числе портовый город Оксагон, задуманный как экологически устойчивое сообщество, и, казалось бы, утопический пустынный мегаполис «The Line», также являющийся экопроектом, чье расположение в заливе Акаба уже раскрывает более широкую геостратегическую концепцию: новый торговый путь между Индией и Средиземноморьем, который должен проходить через Эйлат и израильские автомагистрали к средиземноморским портам Ашдод, Ашкелон и Хайфа.
На протяжении десятилетий ученые Израиля и арабских стран сотрудничают в области исследований пустынь. За этим сотрудничеством стоят реальные политические и экономические интересы. Для всех стран Ближнего Востока, независимо от религии или формы правления, на карту поставлено будущее. Речь идёт о выживании в экстремальных условиях.
Превращение ближневосточных пустынь в районы проживания людей требует мира. Ни одна страна в регионе не может позволить себе оставлять эти территории в запустении на неопределённый срок. «Страны Персидского залива знают, что такое пустыни. У арабов есть деньги, а у израильтян — идеи, которые они с удовольствием продают», — писала газета «Neue Zürcher Zeitung» в 2022 году.
Это многолетнее сотрудничество было официально закреплено в 2020 году «Соглашениями Авраама», которые демонстрируют свою устойчивость даже в условиях продолжающейся войны с Ираном. Исследователи пустынь из арабских стран и Израиля никогда не прекращали сотрудничество.
«Мы практически не обращаем внимания на конфликты в регионе, — недавно объяснил мне профессор Амит Гросс, директор Института исследований пустынь имени Блауштейна при Университете Беэр-Шевы. — Наши проекты рассчитаны на временны́е горизонты, выходящие за рамки политики и войны».
JNS, перевод Ильи Амигуда
