С вершины земляной насыпи и дополнительных укреплений, окружающих аванпост, открывается прекрасный вид на весь город Аль-Маваси на юге сектора Газа. В районе, когда-то знаменитом теплицами поселений Гуш-Катифа, сейчас сконцентрировано около 400 тыс. палестинцев, ютящихся в палатках, импровизированных укрытиях из пластиковых листов и металлолома, а главное — в частично разрушенных зданиях.
«ХАМАС тоже там, пытаясь смешаться с бездомными, чтобы те служили им живым щитом, — сказал мне один из командиров Южного округа. — В данный момент они в основном занимаются сбором разведданных и время от времени пытаются совершать вооруженные нападения или устанавливать взрывные устройства».
Я не был в Газе несколько месяцев, и то, что я увидел на территории, контролируемой Армией обороны Израиля, меня удивило. Оживленный аванпост, раскинувшийся внизу, не походил ни на один из оборонительных комплексов ЦАХАЛа, которые я знал раньше — ни во время «войны на истощение» вдоль Суэцкого канала и в долине реки Иордан в 1970-х годах, ни в зоне безопасности в Ливане в 80-90-х.
По соображениям безопасности подробности не могут быть раскрыты, но там не было массивных бункеров, рассчитанных на то, чтобы выдержать обстрел тяжелой артиллерией или авиаудары. Вместо этого там были бетонные сооружения, обеспечивающие надежную защиту от прямого огня и атак с высокой траекторией. Они расположены так, что солдаты могут добраться до укрытия за считаные секунды, а также могут быть перемещены относительно быстро, если сам аванпост потребуется передислоцировать.
Более всего этот аванпост напоминал укрепленные комплексы, которые американцы строили в Ираке и Афганистане для защиты своих войск от партизанских атак: базу, на которой размещался относительно крупный контингент с широкими возможностями, личный состав которого мог в считаные минуты перейти от рутинных операций к боевым действиям.
Армия обороны Израиля создала 40 таких аванпостов по всей территории сектора Газа. Все они предназначены для размещения смешанных боевых групп различного размера, состоящих из бронетанковых, пехотных и инженерных подразделений. Большинство из них уже готовы, особенно в северной части Газы, а некоторые еще находятся в стадии строительства. Каждый аванпост обходится примерно в пять миллионов шекелей. Аванпосты поддерживают друг друга, обеспечивая наблюдение и огневую поддержку.
Осталось 20 000 террористов
С аванпоста, который я посетил, открывается вид на руины деревни Бани-Сухейла. Примерно в 600–700 метрах к югу и немного к востоку от нас, на вершине высокой дюны, был виден еще один аванпост с земляными стенами, также расположенный на местности, обеспечивающей наблюдение и огневое прикрытие вплоть до моря.
Посты не расположены непосредственно на «Желтой линии», а находятся в нескольких сотнях метров вглубь территории, контролируемой ЦАХАЛом. Цель состоит в том, чтобы предотвратить нападения, совершаемые непосредственно с территорий, контролируемых ХАМАСом, как с поверхности, так и через туннели, а также снизить уязвимость перед прямым огнем ближнего действия.
С наблюдательного пункта было легко увидеть, что «Желтая линия» в этом районе проходит непосредственно вдоль дороги Салах аль-Дин (маршрут «Танчер») в центре Газы. Когда-то эта дорога соединяла северную и южную части сектора от одного конца до другого. Сегодня остались лишь разбросанные участки асфальта и разбитые транспортные островки, хотя маршрут по-прежнему хорошо виден днем и ночью. Расположенные там солдаты знают, что любого, кто пересекает эту дорогу, необходимо остановить или ликвидировать.
В зоне шириной в сотни метров между двумя аванпостами и «Желтой линией» ЦАХАЛ создает буферную и охранную зону. В настоящее время вдоль нее роют траншею, чтобы предотвратить быстрое проникновение мотоциклов, пикапов и других транспортных средств на территорию, контролируемую ЦАХАЛом, и, возможно, в населенные пункты, расположенные вблизи границы с Газой.
Кроме того, ЦАХАЛ проводит буровые работы в этом районе с целью обнаружения туннелей, существовавших до 7 октября или прокладываемых ХАМАСом в настоящее время. Цель состоит в том, чтобы предотвратить неожиданные атаки на войска, дислоцированные на передовых позициях или перемещающиеся по этому району.
С момента резни 7 октября ЦАХАЛ обнаружил и уничтожил около 450 километров туннелей. Некоторые из них были взорваны, а другие засыпаны бетоном. Командиры на местах заявляют, что туннели больше не функционируют на всем своем протяжении.
Все это подкрепляется мощным заграждением, проходящим вдоль границы Газы с Израилем. Забор «Песочные часы», прорванный 7 октября, восстановлен и укреплен по всей длине, включая специальные ворота и современные дистанционно управляемые позиции «see-shoot», которые, по утверждению ЦАХАЛа, защищены от дронов с прямой визуальной связью (FPV).
Основную озабоченность израильских сил вызывают придорожные бомбы и мины вдоль маршрутов снабжения и доступа. В результате большинство дорог, ведущих к аванпостам и соединяющих их между собой, были заасфальтированы.
ХАМАС обладает дронами и, вероятно, взрывоопасными БПЛА, но пока ему не хватает возможностей оптоволоконной связи, которые «Хезболла» разработала в Ливане. В настоящее время ЦАХАЛ обладает почти полным превосходством над Газой в области дронов и БПЛА.
Опираясь на высококачественную разведывательную информацию военных и «Шин-Бет», полученную как от агентов, так и с помощью технических средств, ЦАХАЛ систематически ликвидирует высокопоставленных командиров, ключевых военных специалистов и сотрудников полиции ХАМАСа, ответственных за поддержание порядка.
По данным пресс-службы ЦАХАЛа, только за последнюю неделю в результате авиаударов были уничтожены 13 террористов, в том числе четыре высокопоставленных члена аппарата общей безопасности ХАМАСа в секторе Газа и террорист, причастный к подготовке атак против дислоцированных там сил. Этот террорист проник на территорию Израиля 7 октября и участвовал в похищении четырех израильтян из придорожного укрытия на перекрестке Реим.
Несмотря на это, по имеющимся данным, военное крыло ХАМАСа по-прежнему насчитывает около 20 000 боевиков на всей территории сектора Газа. Из них примерно 8 000 — опытные бойцы, большинство которых входят в элитный отряд «Нухба». Остальные — молодые люди и подростки, набранные в спешке и прошедшие базовую подготовку, вооруженные легким оружием, в том числе гранатометами.
Члены ХАМАСа отказываются сложить оружие и продолжают пытаться, как минимум, вести партизанскую войну. Они по-прежнему изготавливают взрывчатые вещества, собирают разведданные и отправляют взрослых (и особенно подростков, которых в ЦАХАЛе называет «молодыми стрелками»), чтобы проверить, когда ЦАХАЛ их обнаружит, как быстро он отреагирует и какими средствами.
Опасный вакуум власти
Однако ХАМАС значительно ослаб, и в последние дни его деятельность ограничивается в основном сбором разведданных, чтобы не спровоцировать масштабную ответную реакцию Израиля.
Еще одним фактором, вызывающим беспокойство у ХАМАСа и подрывающим его власть, является присутствие вооруженных кланов, члены которых, насчитывающие десятки тысяч человек, проживают на территориях, контролируемых Армией обороны Израиля, и постоянно бросают вызов власти ХАМАСа.
Похоже, что общественная поддержка террористической группировки снижается. Подтверждением этому послужили похороны командира Изз аль-Дина Хаддада из города Газа, который стал лидером ХАМАСа в секторе после ликвидации высшего руководства движения. На них присутствовали лишь несколько десятков жителей Газы, в то время как на похороны командиров, занимавших более низкие должности, когда-то приходили десятки тысяч человек.
Преемником Хаддада стал Мухаммед Удэ, который впоследствии также был убит. Извлекая уроки из прошлого, ХАМАС с недавних пор не обнародует личность своего нового лидера. Однако, по данным авторитетных арабских СМИ, эту должность занял Моханд Раджаб, бывший командир бригады «Газа» и близкий соратник Хаддада.
Ожидается, что он будет не менее воинственным и радикальным, чем его наставник. Опасаясь, что Раджаб также может стать мишенью, и стремясь сохранить преемственность командования, военное крыло ХАМАСа, как сообщается, рассматривает возможность создания коллегиальной структуры руководства с участием четырех других оставшихся командиров бригадного уровня.
Действительно, ХАМАС не был полностью уничтожен, но его военное крыло понесло серьезные потери и, согласно достоверной информации, не восстанавливается с той угрожающей скоростью, о которой иногда заявляют в СМИ.
Его гражданское управление в районах, все еще находящихся под его контролем, также ограничено. Систематические нападения на сотрудников полиции ХАМАСа — которые пытаются обеспечить соблюдение авторитета гражданской администрации и взимать налоги с торговцев — вынудили полицию сократить свое присутствие за пределами крупных перекрестков и многолюдных рынков, где, по мнению ХАМАСа, менее вероятен удар со стороны ЦАХАЛа.
Мирные жители, не являющиеся ни членами ХАМАСа ни их родственниками, теперь имеют доступ к продуктам питания, воде и медикаментам в секторе Газа. Это стало возможным благодаря значительной гуманитарной помощи, поступающей на территорию через американский штаб в Кирьят-Гате при содействии Египта и финансировании со стороны Объединенных Арабских Эмиратов и других членов так называемого «Совета мира».
Однако ХАМАС по-прежнему захватывает значительную часть этой помощи и продает ее, в первую очередь для финансирования вербовки новых боевиков. Гражданское население получает гораздо меньше того, что поступает в Газу, отчасти потому, что внимание международного сообщества переключилось с Газы на Персидский залив, а также потому, что закрытие Ормузского пролива перекрыло источники денежных средств для государств Персидского залива.
В результате международные гуманитарные организации, бюджеты которых сокращаются, вынуждены закрывать общественные столовые, обеспечивавшие горячим питанием сотни тысяч человек, а также медицинские пункты, оказывавшие медицинскую помощь. Однако еще более тревожным является тот факт, что в отсутствие эффективного правопорядка на территории 40% сектора Газа царит вакуум власти, где каждый поступает по своему усмотрению.
Этой ситуацией пользуются не только преступные группировки, но и обычные гражданские лица. Имеется множество сообщений о нападениях на женщин и злоупотреблениях в их отношении, а также о кражах и конфликтах между соседями в переполненных лагерях, которые иногда заканчиваются убийствами. В таких условиях именно племенные и клановые структуры предотвращают полный развал палестинского общества и его погружение в хаос.
Между тем на 64% территории Газы, которая в настоящее время почти полностью опустела, ЦАХАЛ контролирует ситуацию и обеспечивает защиту израильских приграничных населенных пунктов с помощью двух дивизий: 143-й на юге и 99-й на севере, которые в совокупности состоят из шести бригад и 18 батальонов. Для сравнения: 7 октября границу Газы защищали всего две бригады и четыре батальона.
Варианты действий ЦАХАЛа
Осуществляемый ЦАХАЛом контроль почти полностью нейтрализовал способность ХАМАСа осуществлять атаки с участием более чем небольшой ячейки из двух-шести боевиков. Проще говоря, ХАМАС больше не является террористической армией. Он вернулся к статусу партизанской группировки.
Её боевики по-прежнему могут время от времени нападать на пограничные посты или устанавливать бомбы на путях доступа и снабжения между границей Газы и «Жёлтой линией», однако угроза для населённых пунктов на юге Израиля практически полностью устранена — по крайней мере, до тех пор, пока ЦАХАЛ сохраняет свою нынешнюю позицию.
Более того, ЦАХАЛ располагает эффективными средствами, позволяющими не дать ХАМАСу восстановить свои военные и управленческие структуры в Газе, даже если организация откажется добровольно сложить оружие, а ее высшее командование откажется сдаться или уйти в изгнание.
Командующий Южным военным округом и полевые командиры убеждены, что захват территории, в настоящее время контролируемой ХАМАСом, включая город Газа, займет не более нескольких недель. Планы уже готовы и требуют лишь одобрения правительства.
Однако премьер-министр Биньямин Нетаньяху не спешит с принятием решения — и не только из-за опасений вызвать недовольство президента Дональда Трампа, и не только потому, что Армия обороны Израиля должна сохранять способность оперативно реагировать на события в Ливане.
Причина заключается в том, что для проведения мощной операции в секторе Газа потребуется как минимум вдвое увеличить сосредоточенные там силы. Такая операция также приведет к жертвам среди израильтян, и может продолжаться несколько месяцев, а возможно, и более года, прежде чем военные полностью разоружат ХАМАС и захватят или уничтожат оставшихся командиров и боевиков «Нухбы».
Также разумно предположить, что если ЦАХАЛ возобновит крупномасштабные наземные действия в Газе, Израиль вновь столкнется с резким международным противодействием, возможно, даже со стороны президента США. Однако кампания по разоружению ХАМАСа — не единственный вариант.
Существует также альтернативная стратегия, сочетающая в себе как оборонительные, так и наступательные мероприятия, которая требует меньше живой силы, меньше ресурсов и обещает обойтись меньшими потерями. Кроме того, она в меньшей степени ставит под сомнение международную легитимность военных операций Израиля. Этот стратегический курс действий, который ЦАХАЛ, вероятно, уже представил политическому руководству, предполагает активизацию нынешней оперативной модели для достижения желаемого результата.
В оборонительном плане он сосредоточен на продолжении защиты южных израильских населенных пунктов и сил, дислоцированных в аванпостах, с помощью заграждений, сбора разведданных и систем раннего предупреждения.
Однако основные усилия будут сосредоточены на наступательной составляющей. ЦАХАЛ и Шин-Бет будут использовать обширную, подробную и надежную оперативную и техническую разведку, имеющуюся в их распоряжении, — вместе с большим количеством БПЛА и дронов, действующих над Газой, — чтобы измотать ХАМАС и не давать ему восстанавливать свою деятельность. Это будет продолжаться до тех пор, пока не наступит время положить конец его правлению в Газе военными или политическими средствами.
Опасность, таящаяся в Газе
Оба военных варианта осуществимы. Однако выбор того, какой из них реализовать, зависит от того, что произойдет (или не произойдет) в гражданской сфере.
В нынешних условиях настоящей тикающей бомбой и долгосрочной угрозой в Газе является не ХАМАС, борющийся за выживание, а примерно 2,1 млн жителей Газы, которых он удерживает в нечеловеческих условиях в качестве заложников.
Они заперты на территории площадью около 120 квадратных километров, что составляет примерно 36% территории сектора Газа — площадь, сопоставимую по размеру с городскими границами Беэр-Шевы или Большого Иерусалима, население которых составляет менее половины этого числа.
Что станет с ними и с нами, если там разразится эпидемия или если авиационная бомба собьется с намеченного курса? Не говоря уже о тысячах детей, которых воспитывают и обучают ненавидеть Израиль и жертвовать собой лишь для того, чтобы причинить вред евреям.
Именно поэтому обеспечение условий, позволяющих населению Газы жить в приемлемых условиях, — это стратегический интерес Израиля, имеющий почти экзистенциальное значение, и желательно сделать это до того, как произойдет катастрофа, в которой мир обвинит Израиль.
Население, у которого есть надежда и перспективы на восстановление, также с меньшей вероятностью будет отдавать своих сыновей ХАМАСу за несколько долларов.
Проблема в том, что в данный момент шансы на реализацию 21-пунктного плана Трампа кажутся призрачными и, скорее всего, останутся таковыми даже после окончания конфронтации с Ираном.
ХАМАС не только отказывается разоружиться, но и международные стабилизационные силы, которые должны быть развернуты в Газе и гарантировать авторитет технократического правительства Газы, до сих пор не сформированы.
Кроме того, Совету мира, который Трамп запустил с большой помпой, не удалось обеспечить даже треть финансирования, обещанного лидерами стран-участниц. Следует помнить, что страны Персидского залива понесли значительные финансовые потери из-за закрытия Ормузского пролива и вряд ли поспешат выделить десятки миллиардов долларов, необходимых для расчистки завалов и восстановления Газы.
В таких условиях планы восстановления Газы, разработанные Стивом Уиткоффом и Джаредом Кушнером, могут надолго (или даже навсегда) остаться на бумаге. А если Израиль решит занять сектор Газа с целью разоружения ХАМАСа, то ЦАХАЛ, скорее всего, будет вынужден установить военную администрацию, в результате чего на Израиль ляжет ответственность за благосостояние и жизнь миллионов жителей Газы — и ему придется самостоятельно взяться за восстановление сектора.
По этой причине в нынешних условиях правительству Израиля было бы лучше не спешить с завоеванием сектора, а вместо этого продолжать медленное, основанное на разведданных изнурение ХАМАСа и предотвращать восстановление его военного крыла.
Это должно продолжаться до тех пор, пока Трамп, международное сообщество или будущее израильское правительство, если оно окажется более прагматичным, чем нынешнее, не сумеют сформулировать реалистичное, адекватно финансируемое, поэтапное долгосрочное решение для населения Газы, не подвергая Израиль опасности. Тогда настанет и час ХАМАСа.
Ynet, перевод Ильи Амигуда
